В конечном счете, несмотря на то что вакуумный сосуд как таковой был изобретен не Дьюаром, присвоение его имени этому устройству (в его окончательном виде) вполне обосновано. Стеклянные сосуды Дьюара можно и теперь встретить в любой лаборатории, связанной с криогеникой.

Именно эти сосуды дали возможность Дьюару проводить 0и знаменитые лекции, на которых он демонстрировал эффектные опыты с ожиженными газами. Дьюар, несомненно, обладал незаурядными данными не только актера, но и режиссера; его "криоспектакли", как их можно было бы назвать, вызвали широкий резонанс среди ученой (и тем более неученой, в том числе и светской) публики. Каждый именитый член Королевского общества считал своим долгом побывать на этих лекциях; неизменно их посещала и леди Дьюар. Лектор искусно находил такие повороты темы и формы опытов, которые производили наибольшее впечатление на аудиторию.

Именно Дьюар разработал такие "номера", как замораживание в жидком кислороде или азоте растений и насекомых, резиновых трубок с последующим их раскалыванием, извлечение мелодичного звона из глухого при обычных температурах свинцового колокольчика после его замораживания, ковка твердой ртути, свечение замороженного сахара и т.п., которые вошли потом в постоянный репертуар всех подобных демонстраций.

Эти научно-художественные лекции не только способствовали повышению интереса к новой области науки и росту популярности самого Д. Дьюара, но и приносили более ощутимые плоды. Дьюар всегда в нужный момент умел подчеркнуть, что экспериментальная наука требует больших расходов. Даже объединение ювелиров Лондона поняло это и внесло 1000 фунтов стерлингов для продолжения его работ.

Итак, стараниями Дьюара была подготовлена идеальная "тара", в которую можно было наливать жидкий водород и изучать его свойства. Осталось только его получить. Но как? Старые способы не годились, а новых путей не было видно. Но в 1895 г. появились работа Линде и теплообменник Хэмпсона. Дьюар понял, что путь к жидкому водороду можно проложить, используя заложенные в них идеи. Он немедленно приступил к работе. О том, каким был в деталях его ожижитель водорода, судить трудно, так как Дьюар не опубликовал ни до, ни после своего успеха подробного описания - только схему. Однако известно, что предварительное охлаждение водорода велось до уровня 68 К (-205°С); этого вполне достаточно, чтобы Установить принцип действия этой схемы.

Напомним, что эффект Джоуля-Томсона при дросселировании может быть как положительным (охлаждение), так и отрицательным (нагревание), Все зависит от того, выше или ниже инверсионной температуры находится дросселируемый газ или пар. Как в парокомпрессионных установках, так и в ожижителе Линде рабочее тело имеет температуру намного ниже инверсионной (например, для воздуха температура инверсии для тех давлений, которые используются в установке Линде, Гинв=650 К, т.е. лежит намного выше области, где установка работает.

Водород, напротив, имеет очень низкую температуру инверсии Гинв = 264 К). Поэтому его дросселирование при Гос не только не приведет к охлаждению, но наоборот, водород нагреется. Однако если предварительно чем-нибудь извне охладить водород ниже Тинз, то он исправно будет охлаждаться при дросселировании, так же как и воздух. Следовательно, при этих температурах можно успешно применить схему, использованную Линде для ожижения воздуха. Дьюар так и сделал, использовав для предварительного охлаждения Н3 жидкий азот под вакуумом